Вечно времени нет и стараются люди,
Спрятать сокровища, песню сердечную,
За оправданием весомым,
За тем что важнее.
Там мы герои, там легче забыться.
Но…
Если ты прикасался к чуду…

Если пальцы уже в пыльце,
Конечному в глаза смотришь смело,
Решаешь идти до конца.
Но что есть конец, если всё бесконечность?
Хоть лети, хоть падай.
Хоть крылья свои срывай.

Сокровище станет прахом,
Подумаешь — «всё, конец».
А у смерти свои планы,
И исходно всё звездная пыль.
И там где поставили точки,
Окажутся зерна - живучие.

Да, годы неслись времени реками.
Тщательно убрано всё.
Так старательно прятано,
Думал уже забыл.
Отмылось всё временем, — думал.
А она: «Пальцы уже в пыльце…»

Она была в волосах и на коже.
Теперь под кожей, в крови, на душе..
Под плинтусом, в ванной,
В бумагах, в карманах,
На рабочем твоем столе…

Вновь просыпается из кармана,
Пиджака твоего из прошлого.
В самое не удобное время.
Защекочет тебя шепотом,
Скрежетом, сдавит где-то в груди.

«Помнишь, ты видел чудо,
Ты фею в руках сжимал?»
И вспомнишь. Ты - сам чудо,
Ты сам эти зерна сажал. Сжигал.
На том пепелище, где-то
Теперь целый сад взошел.

И снова она повсюду, в переливах в листве,
В блесточках солнечных по воде,
В танцующей радуге на стене,
В корке мерцающей снежной… везде.
То ли душу царапнет, то ли согреет
Напоминает:

Пальцы то ты отмоешь,
Чудо уже не развидишь,
Фею свою не за-бу-де-шь.
Делами, долгами, годами…
Не спрячешь.
Знаешь. Не утаишь от себя.

Потому что, ты сам чудо.
Вспомнила — чудо же я сама!
Поцарапаны мы пыльцой,
Потому что, играя забылись.
А души видимо так сговорились - напомнить.

И теперь,
Не пыльцы, не крыльев не надо.
Точки стали садами где-то.
А мы большие.
И летаем теперь сами.